На главную

 

 

П.Н. Сушко © , старший научный сотрудник Восточно-Казахстанского 

архитектурно-этнографического и природно-ландшафтного музея заповедника.

Написать письмо:  spn4@inbox.ru

Романтические мотивы в повести

«Медведь» и рассказе «Старики» Уильяма Фолкнера

П.H. Сушко

Усть-Каменогорск

 

Художественная ткань «Медведя» и «Стариков» Фолкнера - сюжетно связанных между собой - обнаруживает специфические черты, восходящие к системе романтического метода.

В силу локального характера этих черт мы называем их мотивами. Использование отдельных элементов романтического видения нередко встречается в творчестве Фолкнера. Достаточно вспомнить псевдоромантические описания в рассказе экзальтированной Розы Колфилд "Авессалом, Авессалом!", сказочно-романтические пейзажные зарисовки в главе о несчастном Aйке Сноупсе / «Деревушка»/, наполовину фантастические и романические картины речного паводка в глазах безумного поэта Дарла Бандрена /"Когда я умираю"/. Романтические  мотивы в «Стариках» и "Медведе» находят место в описаниях   природных явлений  и предметов /заповедная роща, таинственный олень, Большой Бен и т.п./. В рисунке характе, образов  важными романтическими мотивами являются  абсолютизация и двухплановость в конструкции отдельных образов. Яркими романтическими мотивами можно назвать:  тему обряда посвящения в охотничий "сан", пронизывающую сюжеты обоих произведений и тему снов-предвосхищений /вещих снов/. Наконец, характер полуиндейца  Буна Хогенбека, заставляет нас вспомнить о мелвилловском каннибале Квикеге  из  романа «Моби Дик». Их объединяет романтически гиперболизированное безобразие, свирепость, большая физическая сила. В этом характере, вероятно, намечена  и еще другая параллель. Возможно, не будет ошибочным видеть в Буне Хогенбеке пародийную перекличку с отдельными сторонами другого персонажа романа «Моби Дик" -  капитана Ахава. Если Герман  Мелвилл сравнивает Ахава с медведем гризли,  то Фолкнер настойчиво подчеркивает в Хогенбеке сходство с дикой собакой по кличке Лев. Если злоба на неуловимого Белого Кита превращае Ахава в безумного фанатика,  то Бун также проникнут яростным желанием убить Большого Бена. В связи с этим уместно вспомнить финальную сцену повести «Медведь», когда Хогенбек, охваченный алчным устремлением убить около полусотни беззащитных белок, обитавших на одиноком камедном дереве - вдруг вырастаем для нас до символического обобщения зла, с каким подходит к природе буржуазная цивилизация. Объединяющим началом для романтических мотивов в "Стариках» и "Медведе" становится поэтическое видение мира и особенно природы, принадлежащее рассказчику Исааку/Айку/ Маккаслину.

Нужно заметить, что романтические мотивы гармонически сливаются с реалистической системой творческого метода повести и рассказа Фолкнера дополняют и расцвечивают ее. Реалистической системе метода служит и его идеологическое ядро - миросозерцание автора и рассказчика. Уильям Фолкнер и Aйк Маккаслин трезво смотрят на судьбу лесов, обреченных на гибель от приближения городов. Романтическое видение присутствует лишь в ретроспекциях рассказчика и позволяет восстановить для читателя эфемерно хрупкий  детский и отроческий взгляд Айка на жизнь леса и eго обитателей. Органическое использование элементов  романтического видения продиктовано, прежде всего, большим доверием Фолкнера правде внутреннего мира избранного героя.

П.Н.СУШКО©  Тезисы доклада в рамках научной конференции «Американский романтизм и современность», Московский государственный университет, секция под председательством профессора Ясена Николаевича Засурского, ноябрь 1978 года

 

Вверх